«На фестиваль приходили не те люди, кто автомобиль может в казино проиграть»,- Артем Рыжков о программе фестиваля кино стран ЕС и деньгах

27 октября 2014
«На фестиваль приходили не те люди, кто автомобиль может в казино проиграть»,- Артем Рыжков о программе фестиваля кино стран ЕС и деньгах


Как это было:

Фестиваль кино стран Евросоюза, по сути, стал первым крупным кинофестивалем в регионе, который хоть как-то выбивался за рамки локального события. Интересно, что поначалу фестиваль планировался лишь как некое бонусное дополнение к празднованиям 750-летия Калининграда-Кенигсберга. Первый опыт, несмотря на все «но», сочли удачным, и все это превратилось в постоянную историю. Фестиваль кино стран ЕС пережил все смены собственников у комплекса «Универсал», финансовый кризис 2008-го года и все политические и экономические неурядицы регионального масштаба, благополучно дотянув до десятой юбилейной даты. На прошлом фестивале организаторы устроили небольшой перформанс с моделями, переодетыми в овец (несмотря на двусмысленный характер действа все прошло достаточно прилично) и показали, может быть, один из самых скандальных фильмов года – «Жизнь Адель».


Как это будет:

Главной темой фестиваля в нынешнем году стала музыка. В России как раз должны были начинаться показы фильмов о культовых музыкантах Beat Film Festival и все совпало так удачно, что часть его программы было решено включить в фестиваль кино стран ЕС. Так что зрителей ждет и байопик про Ника Кейва, и фильмы про тернистый путь к вершинам легенд брит-рока Pulp и Blur. Помимо этого, в программу еще удалось вместить и ретрансляцию концерта Bjork. Впрочем, и кроме фильмов о похождениях музыкантов, в программе юбилейного фестиваля найдется много всего выдающегося: будь то новая работа Ольвье Ассайаса «Зильс-Мария» или биография Леха Валенсы. Последний фильм приедет представлять его супруга. Также на фестивале в качестве гостя ожидается посол ЕС в России. Еще одно из нововведений юбилейного фестиваля — продажа билетов онлайн.

Артем Рыжков

b74f3bd83faf564a0fe6402a39b98eec.jpgМожно сказать, что первый фестиваль кино стран Евросоюза был сделан в рамках празднования 750-летия Калининграда. Само 750-летие было немного раньше, но именно в тот год на нас вышла Еврокомиссия из Москвы. Сказали, что у вас такой праздник, мы решили какое-то первое мероприятие с вами провести. Давайте это будет кинофестиваль. Но понимания того, что это такое и как это делать, не было. Нам сказали: «Вы не волнуйтесь, мы со всеми посольствами и консульствами поговорим, они пришлют вам фильмы. И начнем». Для меня не было ощущения, что это какая-то часть праздника в честь 750-летия. С самого начала было понимание, что это самостоятельное событие и не было ощущения, что будет какой-то второй фестиваль.

У нас на первом фестивале было около 20 фильмов. Но скажу прямо, фильмы были довольно слабые. У большинства посольств (особенно в регионах) денег на культуру не так много или их совсем нет. И они стараются пользоваться своими фондами. То есть, это какие-то фильмы, которые дистрибьюторы в прокат не взяли, потому что сочли, что они не сильно интересны. Было ощущение, что мы, вроде бы, фестиваль в 2004-м году делаем, а могли такой фестиваль провести и в 2000-м. Фильмы были бы те же.

Но сама идея фестиваля мне безумно понравилась. И мы сумели собрать людей. В первый раз — это же совершенно было непонятно: подумаешь показывают какие-то европейские фильмы. Зачем мы туда пойдем? Лучше что-нибудь голливудское посмотрим... Но тем не менее человек по 100-150 к нам на сеансы приходило.

Фестивальная атмосфера с красными дорожками и ВИПами в дорогих костюмах началась у нас только где-то с пятого фестиваля. До этого момента у нас ничего подобного не было. Мы тренировались, что ли... Пытались понять, что такое этот фестиваль и как нам его сделать интересней. Пятый фестиваль — это был уже пик нашей активности. На первый фестиваль приходили обычные люди. Нет, конечно, все равно был список гостей: люди, которые так или иначе связаны с международными отношениями, с изучением языков и так далее.

1c4020d03046e3424aef6dfbf57dd1c5.jpgУже тогда у нас было наше «дерево». Мы его к первому фестивалю нарисовали (хотя могу и ошибаться). С ним вообще любопытная история: дизайнер Катя Ставицкая нарисовала ее для другого проекта. У нее был заказ в Москве, который, по-моему, был с экологией связан. Но потом оказалось, что она его нигде не использовала. Это было просто «дерево»: не было ни стран в кроне, ничего этого не было. Но я подумал, что это очень хороший образ: это такой символ роста, а в кроне можно написать названия всех стран-участниц. И я придумал слоган - «фильмы не растут на деревьях», который очень сильно понравился Еврокомиссии.

Первый фестиваль нам понравился во многих смыслах. Тогда комплекс «Универсал» во многом был зависим от казино. Казино, как некий экономический стержень, повелевало всеми событиями, которые происходили на территории комплекса. И владельцам комплекса понравилось то, что произошло. Они не увидели какой-то большой экономической или пафосной составляющей. Те люди, которые пришли на фестиваль — это не те люди, которые после фильма могут в казино проиграть автомобиль. Такого не было. Но владельцам понравилось. Все-таки у любого человека остался такой бэкграунд в виде понимания, что есть вот такие люди культуры, которые, может быть, в сознании бизнесмена и не вписываются в современный мир, но эти люди очень важны. И я тогда от владельца клуба услышал вот эти слова, что эти люди нам нужны. Когда бизнесмен вдруг сам сказал, что деньги — это не главное, то эта фраза была очень крута. В определенном смысле, эта фраза «Зарю» видоизменила. Я понял, что надо делать. У меня образование так складывалось, что я всегда понимал, что деньги — это не главное. Сейчас, в определенном смысле, уже труднее это в голове держать и не забывать. То есть, все время руководствоваться чем-то другим, а не количеством денежных знаков.

На уровне кинотеатра и клуба мы подвели итог и поняли, что это интересно. Но у меня уверенности, что второй фестиваль будет, не было. И тут как раз раздался звонок из Еврокомиссии. Синдрома «второго альбома» у нас перед фестивалем не было. Наоборот, было понимание, что вот так, как в первый раз мы сделаем легко, а надо делать лучше. Так оно и получилось.

Зрителей на втором фестивале стало больше процентов на 30, если сравнивать с первым фестивалем. Стало больше фильмов, больше посольств и консульств. На третьем фестивале я уже начал прибегать к своим собственным каналам. Съездив на европейские фестивали, я начал понимать, что не надо в репертуаре полагаться целиком на посольства и консульства. Не всегда они дают самые лучшие фильмы, b494bd0c0e591d3f3f194e445181abb0.jpgиногда — это довольно старые картины, иногда- довольно скучноватые. И не все посольства активно участвовали, которые все эти десять лет в режиме сна провели. Начиная с третьего фестиваля ответственность за программу целиком несу я.

В 2006 году был очередной февральский звонок по поводу третьего фестиваля. И тогда я понял, что мы эту историю будем продолжать. Я понял, что нельзя это заканчивать, потому что это важная история для города. А для меня лично — это часть жизни. Фестиваль — это не только про кино. Это две недели Европы в центре нашего города.

До 5-го фестиваля был заметный и видимый рост. Пятый по счету фестиваль — это был пик. Это был фестиваль, когда мы на доступный бюджет сделали максимум из того, что возможно. Потом уже с комплексом дела не так легко обстояли: пошли продажи и перепродажи. Мы не падали по уровню после 5-го фестиваля, но сказать, что был какой-то рост — я не могу. Теперь это просто событие на определенном уровне. Ниже мы не упадем. Вырасти выше мы можем, но это зависит от финансирования.

На пятом фестивале у нас был перформанс. Люди начали голосовать за фильм в -победитель в номинации «Зрительские симпатии». В какой-то момент стал лидировать чешский фильм «Пустые бутылки». И мы устроили инсталляцию в нашем фойе. Люди голосовали, но не на флайерах отмечали этот фильм, а ставили в фойе пустые бутылки. С утра, правда, приходилось администраторам все это собирать и мыть, потому что они довольно жутко пахли. К вечеру это все уже довольно сильно пованивало...

140342b3d6444a27e33b814b89d98d6e.jpgЗа 10 лет, конечно, было много самых разных моментов. Один раз тираж нашего буклета застрял на границе, и мы понимали, что фестиваль через два дня откроется, а у нас нет программы и никто ее не знает. Была такая история: перед открытием кинофестиваля у нас взорвалась лампа главного проектора. Мы понимали, что это все: фильмы показывать мы не сможем. Но мы сумели найти выход: заняли у кого-то лампу, и она подошла. Седьмой фестиваль был самый сложный. Это было перепутье: была смена дирекции и самый, на мой взгляд, плохой менеджер за всю историю клуба. Мы были в гигантских долгах и по зарплатам, и по общению с дистрибьютерами. Тогда не было никакой гарантии, что фестиваль будет, что на него найдутся деньги, потому что их вдруг тоже не стало. Но он все-таки сложился.

Конечно, денег всегда не хватает. Но с представительством ЕС у нас всегда было четкое понимание: они знали, что хотят проводить этот фестиваль. То что мы фестиваль будем проводить, сомнений никогда не было. А вот что уже сможем себе позволить внутри фестиваля… Вот тут уже были разные истории. Почему пятый фестиваль был пиком? Потому что тогдашний владелец клуба сказал: «Бюджет есть, но я готов добавлять деньги». И он, начиная с третьего фестиваля, давал на него столько же, сколько давало ЕС. Эта история для нас закончилась, как только закончилось казино. Но, тем не менее, это было.

Но мы уже научились расходовать средства экономно. Я стал понимать, что не надо бросаться на все фильмы и покупать их у дистрибьютеров по 20-40 за один показ. Я уже стал понимать, как можно экономить бюджеты. Как можно с этим маленьким бюджетом делать праздник, который будет для всех важен. Я стал понимать, что этот маленький афоризм: деньги – не главное, он для фестиваля тоже применим.

Однажды гостем нашего фестиваля был Кшиштоф Занусси. Я с ним провел несколько дней, мы с ним поездили по области, много общались. Я был под сильным впечатлением от этой личности. И он говорит: «Вы очень любите показывать свои деньги». Мы ехали в автомобиле, и нас обгоняли какие-то супернавороченные, разноцветные «Феррари» с открытыми крышами, очень жестко себя на дорогах вели, сигналили. Прям такая денежная показуха была. И это не только с автомобилями происходит, это во многом. Мы – немножко азиаты, мы любим показывать, что у нас есть деньги. А он сказал, что у нас люди, которые обладают деньгами – это первое поколение богачей. Они еще немного недоразвитые. Он рассказал, как он первый раз Америку посетил. Он вышел после показа фильма, а там стоял какой-то человек в рубашке и джинсах. И он говорит: «Вы лошадей любите (а у него в фильме лошади были, как действующие лица)? Хотите на моих 1928c31cd75517807e44eecab10cc7ea.jpgлошадей посмотреть?». Сели на старенький «Фольксваген» и доехали до аэропорта. Оказалось, что там частный самолет стоит. Они долетели до штата Техас, приехали на какое-то огромное ранчо, сотни лошадей носятся по всему этому пространству. И Занусси спрашивает: «А сколько у вас лошадей?» А он говорит: да я не знаю: они рождаются, умирают…». Занусси этой историей хотел подчеркнуть, что этот человек свое богатство не выпячивает, не обижает окружающих, у которых денег меньше. Наш фестиваль – он как раз такой. Мы можем его сделать за не очень большие средства. Но если их станет немного больше, то появятся какие-то кинозвезды, появятся концерты, дополнительные вещи, может, и не связанные с кино, но связанные с культурой стран ЕС.

Режиссеры бывают разные. Есть такой режиссер, как Федор Бондарчук. Для него действительно надо думать об уровне гостиницы, об уровне красной дорожки, автомобиля, на котором его повезут и еды, которую он будет есть. А есть режиссеры, которые, несмотря на свой звездный статус, очень простые люди. На наш фестиваль как раз такие и приезжали. Ну чем мы можем заинтересовать? Гонорар режиссерам и актерам не платят. Это хороший тон. Это музыкантам платят за концерт, а за продвижение собственных фильмов актерам и режиссерам не платят. Они получают деньги за съемки, а дальше они его продвигают, помогая самим себе. Калининград – не самое интересное место в мире. Мы очень долго пытались привезти на фестиваль сценариста мирового уровня – Тонино Гуэрра, который вместе с Феллини, с Тарковским работал. Одна из моих помощниц Лена Громова настолько сумела внедриться в его мир, что даже познакомилась с его женой, ездила к нему домой в Италию. Все складывалось хорошо, и когда фестиваль вот-вот должен был начать, она ему позвонила. А он сказал: «Лен, ты замечательный человек, с тобой очень здорово. Но скажи мне: почему я должен ехать именно в Калининград? Мне уже 80 лет, меня зовут по всему миру, почему я должен сделать выбор в пользу Калининграда?». Он сказал: придумайте легенду! Как придумали легенду про Трансильванию и Дракулу. Придумайте такую легенду, ради которой сюда приедут. И это задача всего региона: придумать про нас легенду, которая бы работала. Чтобы люди клевали и сюда ехали.

К нам приезжал Майкл Фассбендер. Он, правда, приезжал не в рамках фестиваля кино стран ЕС. Он приезжал на ретроспективу фильмов Франсуа Озона. Он тогда еще совсем молодым актером был, никому неизвестным. Мы его просто из интернета вытащили. Он здесь провел 3-4 дня. И уже тогда стало понятно, что перед нами будущая звезда. С ним рядом было очень интересно находиться: у него прекрасное чувство юмора, есть харизма. И только он от нас уехал, и его Квентин Тарантино приглашает играть в «Бесславных ублюдках». Казалось бы ничего это не сулило. Но началась карьера, и он стал одним из самых востребованных актеров мира.

Говорить, что десятый фестиваль – это некий итог, конечно, можно (будучи журналистом, я бы и сам так говорил). Но, с другой стороны, я не чувствую, что это какой-то итог. Это просто очередной фестиваль. Очередной хороший фестиваль. Очень качественная и хорошая программа. Мы нашли тему – музыка. И в условиях современной политической ситуации музыка – это идеальная метафора.

На самом деле, политическая обстановка в мире никак на фестивале не отразилась. И мне это очень нравится. Я не берусь судить за всю страну, не знаю какая атмосфера в других городах… Но калининградцы все-таки ощущают свою близость к Европе, хотя бы географическую. Я надеюсь, что интерес к фестивалю по этой причине будет, потому что мы понимаем, что мы рядом живем. Уже по этой причине мы должны это знать. Но я пока никакого напряжения не испытывал. Но фестиваль еще не начался, кто знает… Я надеюсь, что у всех есть понимание, что нужно все равно вместе петь песни и жить в мире. Это Занусси очень здорово сказал: на человеческом уровне мы все простые люди, которые хотят жить в мире, хотят дружить и общаться.


Текст: Алексей Щеголев



Комментарии